Томас Л. Фридман 22 сентября 2026 г. Фото...Остин Ирвинг«Похоже, к апрелю, знаете ли, теоретически, когда станет немного теплее, оно чудесным образом исчезнет». Это сказал президент Трамп о вспышке Covid-19 10 февраля 2020 года, примерно за месяц до того, как она вынудила нашу страну и мир уйти в длительный локдаун. Почему я вспоминаю об этом сегодня? Потому что, когда я оглядываюсь на самые крупные катастрофы, которые я освещал — включая 11 сентября и Covid-19 — меня поражает, что у них есть одна общая большая черта: недостаток воображения. Поэтому сегодня, когда речь идет о возможности того, что искусственный интеллект, попадающий в руки недобросовестных игроков и начинающий проявлять собственную волю, может стать невероятно дестабилизирующим, мое воображение полностью задействовано. Оно говорит мне, что крупные компании в сфере ИИ в Америке и Китае не откровенны с нами относительно того, как мало даже они понимают мощь и охват разработанных ими моделей. Оно говорит мне, что администрация Трампа исключительно плохо подходит для того всеобъемлющего, устойчивого, скоординированного управления, которого требует обеспечение безопасности ИИ. И оно говорит мне, что на карту поставлено так много — экономически, в военном и технологическом плане — и так мало доверия между Вашингтоном и Пекином, что потребуется чудо, чтобы США и Китай договорились о том глубоком сотрудничестве, которое необходимо для устранения самых кошмарных угроз, исходящих от ИИ. Однако еще не слишком поздно для радикального переосмысления, прежде чем случится что-то очень плохое. Я предпочел бы остаться в памяти как мальчик, который кричал «волк», когда волк так и не пришел, чем как тот, кого волк съел. Итак: «Волк, волк, волк, волк». Я отступлю, когда увижу, что США и Китай начинают решать непосредственную угрозу, объединив усилия для защиты критической инфраструктуры — систем водоснабжения, электросетей, интернета — в своих странах и по всему миру. Но я вздохну с облегчением только тогда, когда увижу, что Вашингтон и Пекин вместе со своими компаниями в сфере ИИ разрабатывают долгосрочный план того, как они могут продолжать конкурировать в области технологий ИИ, одновременно договариваясь о внутренних ограничениях для ИИ, чтобы все более способные системы ИИ сами не создавали катастрофические риски в сфере кибербезопасности, биологии, ядерной энергетики или финансов. Это геополитический, геоэкономический и технологический вызов, с которым не сталкивалось ни одно поколение американских и китайских государственных деятелей. Они уклоняются от него на свой и наш страх и риск. Я искренне надеюсь, что именно такая стратегия станет результатом четвергового саммита в Вашингтоне между Трампом и председателем Си Цзиньпином. Потенциал ИИ обеспечить преобразующие прорывы в энергетике, биологии, новых материалах и разработке лекарств беспрецедентен. Но и его риски тоже. Нам нужен способ получить лучшее от ИИ и защититься от худшего — и сегодня у нас его нет. Пока не будет американо-китайского соглашения, гарантирующего, что агенты ИИ, разрабатываемые двумя мировыми сверхдержавами в области ИИ, будут действовать только в соответствии с человеческим процветанием и останутся такими, я в лагере «давайте замедлим это, пока не убедимся, что можем это контролировать».